«Жемчужный сам не хочет выходить из ШИЗО»

«Жемчужный сам не хочет выходить из ШИЗО»

Михаил Жемчужный. Фото svaboda .org

Кравченко принимает участие в семинаре «Общественный контроль за учреждениями уголовно-исполнительной системы», который проводят 6 декабря в белорусской столице Министерство юстиции и минский Информационный пункт Совета Европы.

«У нас есть такой случай — один заключенный постоянно жалуется, — сказала глава ОНК. — Он уже поменял четыре или пять исправительных учреждений. Это про Жемчужного, он уже у всех на слуху. Мы специально выезжали в Могилев, где он сейчас отбывает наказание, и ничего такого не увидели. <…> Вы меня простите, но это не дом отдыха и не санаторий, чтобы ему создавали особые условия».

Кравченко сообщила, что на встрече с членами комиссии Жемчужный также жаловался на условия содержания.

«Мы с ним встречались, и он говорил то же самое. Он всем говорит одно и то же, к сожалению. Но не всегда нужно верить тому, что он говорит. Я не думаю, что на самом деле все так, как он говорит. Если человек поменял пять исправительных учреждений, это о чем-то должно говорить. И там ему плохо, и там. Такого же не бывает!» — считает она.


«Не встал на путь исправления». Михаилу Жемчужному УДО не светит

Комментируя заявления правозащитников о том, что Жемчужному в колонии пытаются навязать неофициальный «низкий статус», председатель комиссии сказала: «Это неправда. Мы разговаривали с осужденными, которые говорят, что такого нет, что они сами бы не допустили, чтобы их поселили в одном отряде с такими людьми, о которых вы говорите».

На реплику о том, что Жемчужного часто и надолго помещают в штрафной изолятор, Кравченко сказала: «Так он не хочет оттуда выходить».

«Как нам это объясняют, он оттуда сам не хочет выходить. Просто провоцирует работников учреждения. Мы разговаривали с осужденными, которые вместе с ним отбывают [наказание]. Они сами уже возмущаются поведением этого товарища», — заявила она.

 

Кто такой Михаил Жемчужный

Бывший доцент Витебского государственного технологического университета, кандидат технических наук, автор нескольких научных монографий и разработок, изобретатель. Жемчужный передавал сведения о содержании заключенных в местах лишения свободы правозащитной организации «Платформа».

Был задержан в 2014 году. В июле 2015-го Витебский областной суд признал его виновным в подстрекательстве к умышленному разглашению сведений, составляющих служебную тайну, незаконном приобретении и сбыте специального технического средства, предназначенного для негласного получения информации, и даче взятки.

Правозащитника приговорили к шести годам лишения свободы в колонии строгого режима. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда, рассмотрев в октябре того же года кассационную жалобу на приговор, назначила ему более строгое наказание — шесть с половиной лет лишения свободы.


Андрей Бондаренко: задача № 1 — освобождение Михаила Жемчужного

Представители правозащитных организаций неоднократно заявляли о том, что в исправительных учреждениях к Жемчужному относятся предвзято, постоянно накладывают на него дисциплинарные взыскания по формальным поводам, формируют негативный образ среди других осужденных.

По подсчетам самого заключенного, с октября 2017 по октябрь 2018 года, он провел в штрафном изоляторе 270 суток. Из-за длительного пребывания в закрытом помещении, отсутствия прогулок и дневного света у Жемчужного значительно ухудшилось зрение.

Белорусские правозащитники считают Жемчужного политзаключенным. 17 июля этого года они направили в Администрацию президента обращение с просьбой помиловать Михаила Жемчужного. 1 августа им пришел ответ, в котором сказано, что прошение будет рассмотрено, если заключенный подаст его лично.

 

Тишь да гладь…

Как заявил на семинаре министр юстиции Беларуси Олег Слижевский, за более чем десятилетнюю историю существования общественных наблюдательных комиссий (ОНК) их члены ни разу не сообщали Министерству юстиции о фактах жестокого или унизительного обращения с осужденными в учреждениях уголовно-исполнительной системы.

По словам Слижевского, ОНК являются одним из механизмов защиты прав граждан, находящихся в местах лишения свободы. Он напомнил, что в 2007 году наблюдательные комиссии были сформированы при Минюсте и главных управлениях юстиции Минского городского и всех областных исполкомов.


«Пытки и жестокое обращение в белорусских тюрьмах остаются системной проблемой»

«В 2017 году представители наблюдательных комиссий посетили 22 учреждения уголовно-исполнительной системы, — сообщил министр. — При посещении исправительных учреждений изучаются вопросы условий содержания, медико-санитарного обеспечения осужденных, организации досуга и обучения, а также нравственного, культурного, социального, трудового, физического развития осужденных».

«С осужденными проводятся беседы. Члены комиссии посещают все помещения, в которых размещаются данные лица. При этом за более чем десятилетний период работы комиссий в Министерство юстиции от них не поступала информация, свидетельствующая о фактах жестокого или унижающего достоинство обращения, наказания в учреждениях уголовно-исполнительной системы», — подчеркнул он.

Тем не менее, добавил Слижевский, если члены ОНК поднимают какую-то проблему, а такие случаи, «безусловно, имеют место», то «данные вопросы анализируются, предложения направляются в соответствующие учреждения уголовно-исполнительной системы, департамент исполнения наказаний, МВД и иные компетентные органы».

Председатель Республиканской общественной наблюдательной комиссии при Министерстве юстиции Татьяна Кравченко подтвердила журналистам, что возглавляемая ей комиссия ни разу не выявила грубых нарушений прав осужденных в учреждениях пенитенциарной системы.

Обед в тюрьме № 4 — как в ресторане или у тещи, считают члены общественного совета при МВД

«Никаких препятствий в посещении этих учреждений нам никто не чинит, — сказала она. — Буквально все, что мы хотели бы посмотреть, мы смотрим. <…> Мы заходим в каждую камеру, остаемся один на один, беседуем с ними, задаем всевозможные вопросы. Никаких отрицательных моментов мы не видели».

«Мы ездили проверять [ситуацию в исправительных учреждениях] по письмам — кто-то жаловался, что медикаменты не предоставляли, не выдавали. Мы выезжаем на место, разбираемся, смотрим медицинскую карту — видим, какие лекарства выдавались, сколько выдавалось, кто привозил», — добавила Кравченко.

По ее словам, осужденные не оставляют жалоб даже в анонимных анкетах об условиях содержания, которые члены комиссии просят их заполнять.

«К счастью или сожалению, в анкетах не указывают никаких нарушений в плане того, что они чем-то недовольны. Бывают мелочи, мол, обед не так подали или что-то другое. В основном никаких злостных нарушений [со стороны администраций учреждений] мы не выявляем», — сказала Кравченко.

На вопрос журналистов, не считает ли она, что заключенные не жалуются из-за того, что их могли запугать, глава республиканской ОНК ответила: «Осужденные заполняют анкеты при нас, мы стараемся, чтобы при этом не присутствовали товарищи, которые там руководят. Анкеты не именные, никто свою фамилию там не указывает. При нас они могут написать все, что они хотят написать, но они этого не делают».

Кравченко сообщила, что республиканская наблюдательная комиссия посещает учреждения пенитенциарной системы четыре-пять раз в год.

 

Для общественных комиссий могут ввести уведомительный принцип

Министерство юстиции не исключает введения уведомительного принципа посещения учреждений пенитенциарной системы общественными наблюдательными комиссиями, заявила начальник управления по вопросам некоммерческих организаций Минюста Елена Кириченко.


Пенитенциарной системе Беларуси требуется глобальная реформа

По словам чиновницы, министерство постоянно стремится расширять полномочия общественных наблюдательных комиссий. Она напомнила, что около пяти лет назад по инициативе Минюста было откорректировано постановление Совета министров, регулирующее деятельность ОНК. В частности, членов комиссий наделили правом беседовать с осужденными наедине, а также проводить среди них анонимное анкетирование.

«Возможно, на сегодняшний день назрела необходимость расширения полномочий, — сказала Кириченко. — На наш взгляд, было бы неплохо, если бы члены наблюдательной комиссии могли посещать учреждения уголовно-исполнительной системы по уведомительному принципу. Сейчас у нас действует разрешительный принцип».

Татьяна Кравченко заявила журналистам, что в целом ОНК хватает полномочий, но согласилась с Кириченко в том, что необходимо ввести уведомительный принцип посещения учреждений пенитенциарной системы.


Сажать меньше надо!

«Пока мы пользуемся разрешительной системой — за неделю мы пишем в департамент исполнения наказаний МВД, и буквально через пару дней мне дают ответ, что комиссия имеет возможность поехать в то исправительное учреждение, в которое мы попросили. Конечно, желательно, чтобы это было уведомительным, чтобы мы могли просто сообщить начальнику учреждения и поехать посмотреть, как там и что», — отметила она.

Напомнив об инциденте в исправительной колонии № 22 под Ивацевичами, заключенные которой в начале ноября устроили забастовку, Кравченко отметила, что если бы действовал уведомительный принцип, комиссия могла бы оперативно прибыть на место и разобраться в том, что там происходит.

 Новости Беларуси Сегодня